Главная

Советское кино. С13

Создание фильма

Создание клипа

Теория - съемка/монтаж

Классика кино

Статьи о старом кино и их создателях

Учеба от Автора

 

ФАН-ТРЕЙЛЕР

Другие фильмы
Брат 1997

 

Социальные сети
фейсбук
google
Поделиться

Советское кино. Проект "Submarine C13"
Шестидесятые

ФАН-РОЛИК

"2 билета на дневной сеанс"

Съемочная группа:

Авторы сценария — Борис Чирсков, Евгений Худик
Режиссёр-постановщик — Герберт Раппапорт
Главный оператор — Дмитрий Месхиев
Главный художник — Александр Блэк
Художник по костюмам — Лидия Шильдкнехт
Композитор — Александр Мнацаканян

Кинокомпания
Киностудия «Ленфильм» Второе творческое объединение
Длительность 90 мин.
Посещаемость - 35,3 млн. зрителей при тираже 1514 копий 

Год 1966

В ролях:

Александр Збруев — Александр Алёшин
Земфира Цахилова — Тоня
Игорь Горбачёв — полковник Николаев
Пётр Горин — Шондыш
Алексей Кожевников — Андреев
Никита Подгорный — Лебедянский
Валентина Сперантова — мать Лебедянского
Бруно Фрейндлих — Блинов
Лариса Барабанова — Кнопка
Владимир Кенигсон — Рубцов
Галина Никулина — Юлия, дочь Рубцова
Людмила Чурсина — Инка-эстонка
Александр Январев — Сиротин
Станислав Чекан — Сабодаж
Эммануил Виторган — муж Инки-эстонки, эпизод

ОТЗЫВЫ

... Алёшин, молодой сотрудник ОБХСС, подаёт рапорт об увольнении, но получает от начальника последнее, вроде бы незначительное задание. Выясняя странный факт наличия у двух участников валютных операций билетов на одно и то же место в кинотеатре, Алёшин выходит на более крупное дело, а главное - осознаёт значимость своей профессии. 

Этот типичный «детектив по-советски», получивший два продолжения - «Круг» (1972) и «Меня это не касается» (1976), пользовался большой популярностью у зрителей, попав в число двухсот самых кассовых за всю историю проката, с одной стороны, соседствуя с рядом шпионских («Ошибка резидента») и военных героико-приключенческих лент («Дерзость»), а с другой - находясь рядом с экранизацией молодёжной повести «Коллеги» Василия Аксёнова. Это знаменательно хотя бы потому, что в картине «Два билета на дневной сеанс» сыграл молодой актёр Александр Збруев (тогда ему было 28 лет), создав узнаваемый и по-человечески привлекательный образ главного героя, который воспринимался аудиторией уже как повзрослевший «мальчик со звёздным билетом» из фильма «Мой младший брат», тоже по произведению Аксёнова. 

В первых эпизодах ленты словно происходит прощание исполнителя с тем типом ироничного, раскованного парня, лишь путешествующего по жизни, которого он играл до тех пор. Ведь поначалу и Алёшину его работа в правоохранительных органах кажется беззаботным странствием в поисках романтики. Однако, не обнаружив её в повседневном, кропотливом труде работников ОБХСС, он уже намерен куда-нибудь уйти. Конец очередного путешествия? По случайности (точнее - по собственной нерасторопности) Алёшин устанавливает связь с преступниками - и отныне должен исполнять роль их сообщника. А актёру приходится играть два характера в одном, поскольку, изображая преступника, Алёшин не перестаёт быть самим собой. Вряд ли тут можно было обойтись привычной типажностью. Она пригодилась Збруеву только в качестве маскировки под бывалого блатного типа, связанного с уголовным миром. Но за этим внешним рисунком роли актёру удался не в меньшей степени второй план - характер человека собранного, мужественного, ловкого, сумевшего раскрыть планы преступников. И играя две ипостаси Алёшина, он сам как будто менялся и взрослел на глазах.

...

В кадре:

Разрабатывая двух валютчиков, молодой работник ОБХСС Алешин (Збруев) в кинотеатре сел на место, указанное на найденных у них билетах, и подозрительный незнакомец на ухо шепнул ему пароль и назначил встречу. После консультаций с начальником Николаевым (Горбачев), принято решение внедрить оперативника в банду под видом мелкого уголовника, недавно освободившегося из заключения. Алешин переходит на нелегальное положение и вскоре разоблачает преступную группу расхитителей социалистической собственности и связанных с ней сотрудников НИИ Лебедянского (Подгорный) и Рубцова (Кенигсон).

За кадром:
Лихой и одновременно ироничный детектив не портят идеологический монохроматизм, ни нарочито счастливый финал, ни псевдонаучный бред про использование радиоизотопов для слежения за преступниками. Бонус – Чурсина в роли Инки-Эстонки, казавшаяся сошедшей с обложки западного глянцевого журнала.

Цитаты:
Ученый Лебедянский:
Творчество – единственная возможность для мужчины родить ребенка.
Уголовник Сабодаж – Алешину:
Нет, не птичка ты – дятел! Стук-стук-стук, стук-стук-стук! Крови дурной много – лечить надо. Хирургически, только хирургически!

... Один из лучших фильмов шестидесятых годов для понимания того времени.
Фильм сделан с большой искренностью, мастерством и верой в идеалы, верой в то, что мир можно улучшить, а человека перевоспитать. Такое мироощущение было характерно для шестидесятых годов, ведь тогда советским людям было обещано построение к 1980 году коммунистического общества, то есть общества без денег, общества без преступности и вообще общества справедливости и чуть ли не рая земного, - осуществления вековой мечты человечества, как тогда говорили. Многие в это верили...

Правда, по здравому размышлению становилось понятно, что коммунизм это абсолютная утопия, никогда не осуществимая сказка. Ибо эгоизм, жадность, стяжательство глубоко укоренены в природе человека и переделать его нельзя. Есть, конечно, добрые, альтруистичные, бескорыстные люди, готовые снять с себя последнюю рубашку ради помощи ближнему, ради других, но таких сознательных, идеальных людей конечно же меньшинство.
А вот в тогда, в 60-е года, была вера, что общество не стяжательства и справедливости создать вполне возможно и для этого надо всего лишь переловить всех преступников, то есть предпринимателей, которые хотят иметь денег больше, чем все остальные советские люди и для этого организовывают подпольные цеха для производства товаров народного потребления. 

Не понимали тогда, что предпринимательство это не только жажда наживы, но и способ обеспечить товарное изобилие, которого в совке никогда не было и все товары, начиная от мыла и кончая одеждой и мебелью были в страшном дефиците...
Смотрим этот талантливо сделанный фильм, вспоминаем то оптимистичное время несбыточных надежд и веры в светлое будущее. Ну, а тем, кто тогда еще не родился можно пожелать поглубже понять и вникнуть в то время. Этот фильм очень подходит для такого понимания, так как сделан вполне честно. 

Гайки советской цензуры тогда еще были ослаблены и не закручены с новой силой, в результате чего экраны вновь заполнились слащавым и лживым кино.

№ 187   Евгений Гейндрих (Чикаго)  22.07.2015, 07:39
Замечательный фильм. С неповторимой атмосферой 60-ых, когда люди наивно (но искренне) верили в скорое наступление эры всеобщего благоденствия, в возможность создания бесклассового общества абсолютной справедливости и в возможность самим приблизить создание этого общества. Со своеобразным, режиссёрским почерком Герберта Рапопорта (всё же таки немецкая школа и голливудский опыт). С блестящими работами актёров (всех без исключения, перечислять бессмысленно!). С великолепными фразами в исполнении Збоуева, Подгорного и конечно, Чекана.
Но вот завязка всё портит. Согласен с моими московскими коллегами - полный бред! И дело даже не в "гуманизме" (хотя в какой то степени и в нём). Просто Анисимов (будем условно называть героев фамилиями актёров, их исполнивших) сел на своё место в 19-ом ряду. А вот Январёва на несколько мгновений опередил Збруев и занял январёвское место. И уж ему то, Январёву, яснее ясного должно было быть, что его клиент – Анисимов, и ключевая фраза про Андреея Матвеевича была адресована ему, а не Збруеву. А Збруев – в лучшем случае "случайный пассажир", "фраер ушастый" (К тому же припёрся с бабой. Кто же ходит на стерелку с бабой?). И он должен был отсечь "фраерка" при первой же его попытке выйти из зала до окончания сеанса. Вместо этого он преспокойненько даёт ему выйти вместе с "клиентом", сам по непонятной причине задерживается, опаздывает к началу разборки, а появившись, безоговорочно занимает почему то сторону "фрерка", дружно вместе с ним отправляет "клиента" в больницу, и больше о нем не вспоминает (как не вспоминает и о "фраерской бабе"). К фраерку же проникается безграничным доверием, через несколько дней сводит его с боссом. И ни отсутствие наколок, ни лексикон, ни великодушное обращение с девушкой не заставляют его насторожиться и понять, что змею подколодную, "дурилку картонную", или даже "мусорка" пригрел.

№ 188   Евгений Гейндрих (Чикаго)  25.07.2015, 06:47
Здесь много уже написано о довольно смелых высказываниях героев: по поводу бессилия таланта-одиночки, всевластия должности, по поводу вездесущих месткомов (конечно, только месткомов... не могли же в фильме 1966 г. критиковать исполнительную власть на уровне города или района, а тем более парткомы), по поводу бессовестного плагиата в науке... Всё это верно. Но меня ещё поразила и чувственная составляющая в диалогах героев. Я, чьё детство пришлось на конец 70-ых- начало 80-ых, когда у нас в СССР "секса ну вообще не было", был в своё время удивлён весьма смелыми, как мне тогда казалось, рассуждениями о решении сексуальной проблемы на зоне, о женщинах в жизни холостого ответственного работника... А фраза Инки, обращённая к Алёшину "Ты всё из той же красивой породы", которую Алёшин явно не без удовольствия на свой счёт принимает. А явная досада Кнопки на то, что Алёшин после прогулки по рекам и каналам и променада по "белоночному" Ленинграду сам первым предложил "разойтись по домам" ("Я ему наврала, сказав, что Вы - отличный парень"). А диалог Алёшина и Лебедянского возле общежития Педтехникума
- Скажи, ты хотел бы оказаться сейчас там в шапке-невидимке и увидеит этот стриптиз?
- Не, я - не созерцатель
-Понятно, ты - деятель.

А ведь именно в эти годы,в конце 60-ых и моя мама, и моя тёща учились в педагогогическом, и рассказывали мене потом, что именно в педагогическом в те годы девушки по праздникам частенько устраивали не аллегорический (как в фильме), а вполне себе настоящий стриптиз на столе. И многим девушкам это развлечение тогда стоило не только членства в ВЛКСМ, но и сломанной будущей карьеры.

№ 189   Евгений Гейндрих (Чикаго)  25.07.2015, 07:23
Оставим на совести Людмилы Чурсиной её заявление о том, что она говорит с "настоящим эстонским акцентом", потому что ей его ставила "настоящая эстонка". По мне так её деланый акцент больше похож на немецкий. По крайне мере знакомые мне "коряччие эсто-онские па-арни (и дефтшоонки)" "говоряют" по-русски несколько иначе. Но вот грамматическая правильность фраз, да ещё и в состоянии эмоционального стресса... И куда более хорошо говорящие по-русски прибалты в состоянии аффекта не смогут строить такие фразы ибо будут снимать словесную кальку со свого языка. Ментальность (эстонцев особенно) сильно отличается от нашей. Что-то да должно было быть потеряно при переводе...

Чекан, конечно выдал образ. Не образ, Образище. Тут и пиитет перед императорской фамилией, и пропаганда "чуждых нам" экономических ценностей ("Кто капитал вложил, тот и славится"), и стойкая неприянь к "соцдействительности", и такой смачный блатной жаргон ("А вель не пташка ты - дятел. Сток-сток, сток-сток"). к которому его герой резко переходит от формального выкания, и так же резко к выканию возвразается.
И всё это за год с небольшим до того, как актёр стал нашим всенародно любимым Михал-Иванычем, а мальчишки на улице начали кричать ему нараспев: "Семён Семёныч!"
Очень жаль, что Гедионыч засветился только вполуоборота на автобусной остановке ву "Московского" Универмага. Актёр с такой -харизмой заслуживал больше, чем бессловесная роль мужа героини с "ползанием на карачках" в предыстории.

№ 189 Евгений Гейндрих
Добрый день. Насчет Чекана, там ещё хорошее дополнение: "Крылышки обрежу - порхать не будешь. Хирургически, только хирургически!". Насчет Михал-Иваныча - настоящие актеры тем и хороши, что радуют мастерством перевоплощения. Эти две роли так и стали знаковыми для этого талантливого актера. Только, разве там "сток-сток"? Мне всегда казалось "стук-стук", может невнимательно слушал. Насчет Гедионыча - он ведь тогда не был известным актером (кажется, едва ли не первая роль в кино). Очевидно, отсюда его "немая" партитура в фильме. Виторган в передаче "Линия жизни" рассказывал, что планировалось продолжение (не "Круг", а другое). Но произошел какой-то крупный конфликт в съемочной группе, и тот проект закрыли.
Насчет эстонцев ничего сказать не могу. А вот с эстонским финном как-то прожил пару недель в одном номере на курсах повышения квалификации (в Ярославле, 1986 год). Но у него акцента практически вообще не было.

№ 192   Евгений Гейндрих (Чикаго)  25.07.2015, 20:54
Здравствуйте, Andrew. Возможно, и даже наверное, он говорит "Стук-стук" . Он ведь именно по поводу стукачества берет на понт Алешина ("слюнявой конфеткой купили"). Но в своеобразной подаче Чекана звучит как "Сток-сток". А в прочем не знаю. Я не специалист по лагерной терминологии:) А Алешин бормочет что-то вроде: "Да что Вы? Дешевка. Крестный". Сильная сцена.
Есть, конечно, элемент сюжетной натяжки в том, что Сабодаж поверил Алешину. Одно дело - Егор. Тот шестерка, промокашка, сам не чалился, только понты и может кидать. Да и то в основном перед девочками, а на молодца и сам овца. А Сабодаж - авторитет, "крестный". Такой за милю должен был мента учуять. А он стажера ОБХСС принял за оттрубившего пятерик (а это блатной, как ни крути, даже если у него интеллигентное прошлое)
Спасибо за информацию о несостоявшемся альтернативном продолжении. Не знал. А кто должен был писать сценарий для этого сиквела? Те же Худик и Чирсков? Я к тому, что у "Круга" сценаристы несколько иные.

Инфо собрал Владимир З
| 2017|